ОТКРЫТОЕ СЕРДЦЕ Поможем детям вместе

Челябинская областная общественная организация помощи детям

Надежда Бурлака: «Не надо перестраивать среду для особых детей, нужно научить жить в ней»

Петя из Москвы, когда пошёл в школу, не умел не только считать и писать, но даже разговаривать. У мальчика расстройство аутистического спектра. Но это не помешало ему учиться в обычном, не коррекционном, классе. Сейчас Петя – шестиклассник, он начал говорить и завёл много друзей. Эти успехи появились благодаря созданию первых в России ресурсных классов для инклюзивного образования.

Скоро такой кабинет появится и в обычной челябинской школе. По приглашению общественной организации помощи детям и взрослым «Открытое сердце» в город приехала наблюдатель из Центра проблем аутизма, поведенческий специалист по работе с детьми с ОВЗ Надежда Бурлака. Она дала свои советы по выстраиванию модели инклюзивного образования и ответила на вопросы учителей. Мы поговорили с экспертом о том, что такое ресурсные классы, почему без них невозможно обойтись и насколько готовы школы к инклюзии.

- Надежда, что такое ресурсный класс?

- Ресурсный класс – это помещение для особых детей в обычной школе. У таких учеников другие образовательные потребности, возможно, им нужно в какой-то момент отдохнуть чуть больше, чем другим детям, позаниматься индивидуально. Для того чтобы не нарушать образовательный процесс в классе, ребёнок может уйти в ресурсный класс. Там есть всё для занятий, зона сенсорной разгрузки с мягкими подушками, висящими качелями. Особые дети часто устают от шума, напряжения, им просто необходимо расслабиться. Там они могут это сделать, успокоиться, прийти в себя.

Когда начался проект «Ресурсный класс», свои двери нам открыла московская школа № 1465. Это было в 2013 году. Тогда в обычные классы пошли семь детей – шесть первоклассников и один третьеклассник.

У нас не было цели сделать много ресурсных классов, где училось бы много детей. Задача, которая стояла перед нами, запустить проект как модель и показать остальным, как это можно сделать. Инклюзивные наблюдатели выезжают в регионы как раз для того, чтобы тиражировать успешную модель. Есть специальный курс «Включи меня», который рассказывает обо всех этапах создания ресурсной зоны. Он предполагает обучение педагогов, организаторов, тьюторов, чтобы создание ресурсного класса было сделано грамотно и эффективно.

- Ваш центр был одним из первопроходцев, с какими вы столкнулись трудностями?

- Мы встретили огромное сопротивление, в первую очередь, со стороны педагогов. Как правило, учителя либо отказываются принимать таких детей в свой класс, либо сильно дистанцируют их от других, то есть пришёл ребёнок, он что-то делает с тьютором и педагог не пытается взаимодействовать с ними. Многие воспринимают это как болезнь – пара недель и всё пройдёт, ещё чуть-чуть посидит этот ребёнок в классе, а потом уйдёт.

Учителя не воспринимали не только детей, но и нас, нашу помощь. Потребовалось много времени, прежде чем мы доказали, что находится там не для того, чтобы их переучить, раздавать указания, а помогать, делиться методами и инструментами, как наладить взаимодействие с такими детьми. Оказалось, что самое сложное в работе с детьми – это работа со взрослыми.

- Как детям давалась учёба?

- В проекте участвовали дети с аутизмом, ДЦП, синдромом Дауна. Надо сказать, что они не сразу пошли на уроки в обычный класс. Некоторое время ребята находились именно в ресурсной зоне. В класс их начали выводить постепенно, по мере готовности. Например, если Петя хорошо отсидел на музыке 10 минут, то можно его отправить и на другой предмет. Со временем добавлялись русский язык, математика, технология, наращивалось время посещения уроков.

На сегодняшний день в учебный процесс включены все дети. У нас был ребёнок, у которого очень долго сохранялось нежелательное поведение, но со временем все трудности были преодолены. Некоторые дети сейчас посещают уроки даже без тьютора.

У нас были опасения при переходе в пятый класс, потому что там меняются учителя, нужно ходить из кабинета в кабинет, но все сложности мы преодолели. Сейчас дети учатся в шестом классе.

- Что для вас является результатом работы ресурсного класса?

- Расскажу на примере. Я была тьютором у Пети и мне эта история близка. 1 сентября 2013 года, когда он пошёл в школу, я помню, как сейчас. Мальчик не отлипал от маминой ноги и не хотел от неё отходить. При этом Петя не говорил, его максимум было сочетаний букв «Йить», что означало либо «пить», либо «писить». Он плохо различал цвета, цифры, то есть не имел школьных навыков. Благодаря грамотно выстроенной работе, сейчас Пётр учится в шестом классе, он самостоятельно ходит на уроки, заполняет дневник у него много друзей. Появилась речь, он может сказать: «Привет. Я иду на музыку, потом на математику, а потом играть в планшет», то есть он способен выражать свои мысли, продумывать действия, выстраивать связи.

Естественно, Петя не развивается, как его сверстники, не решает дроби по математики, у него адаптированная программа со своими критериями оценки. Цель инклюзии не в том, что научить ребенка всему, что даётся в школе. Задача - включить его в общество, чтобы он понимал, что в любой момент может прийти другой учитель, сработать пожарный сигнал, чего не было в плане, может пробегать мальчишка и поставить подножку.

- В коррекционной школе невозможно этому обучить?

- В коррекционной школе для детей создаются специальные условия – ожидаемые, прогнозируемые, чтобы детям было хорошо, и они не знали никаких проблем. А потом они выходят в мир и не понимают, что делать, когда всё вокруг меняется с большой скоростью. Наша задача не перестроить среду вокруг ребёнка, а научить жить и существовать в этой постоянно меняющейся среде, где утром светило солнце, а через несколько минут пошёл дождь и нужно по-другому одеться, взять зонт.

В проекте много времени было уделено отработке навыков самостоятельности у детей - следовать расписанию, находить учителя, планировать. Например, если сейчас физкультура, значит нужно взять форму и переодеться. Эти навыки для таких ребят выстраиваются очень долго.

- Как реагировали на особых учеников одноклассники?

- Прекрасно, гораздо лучше, чем взрослые. В классе, где учится Петя, прекрасная атмосфера. Ребята приглашают друг друга на день рождения, вместе ездят на экскурсии, пикники. У них очень активный, творческий учитель, которая делает всё, чтобы сплотить класс. Никто из ребят не переживает по поводу того, что рядом с ними «странный» мальчик, он уже часть их коллектива.

С родителями была проделана большая работа, потому что принятие детьми происходящего очень во многом зависит от позиции взрослого – учителя, членов семьи. Было положено много сил, чтобы правильно и грамотно донести тему взрослым, чтобы учителя не говорили: «Сейчас к вам придет Саша, он совсем другой. Вы с ним поаккуратнее». Такого быть не должно . Учитель должен воспринимать всех одинаково и транслировать ту мысль, что Серёжа не умеет кататься на велосипеде, Маша красиво рисовать, а Петя – говорить, но всему всегда можно научиться. Это нормально, мы все разные. Иначе дети будут относиться к особому ребёнку, как к хрустальному цветку, который боятся разбить, а нам нужно, чтобы он был в тусовке своих сверстников.

Если у мамы и папы позиция неприятия детей с инвалидностью, то, скорее всего, ребёнок будет тоже её придерживаться. Дети склонны принимать точку зрения взрослого, который является для них авторитетом. Я вижу, что в Челябинске запланировано большое количество встреч с родителями, чтобы подготовить их к тому, что в класс придёт особый ребёнок.

- Надежда, вы приехали в качестве наблюдателя. Как оцениваете готовность в Челябинске по открытию первого ресурсного класса?

- Основная цель нашего взаимодействия - выстраивание модели «ресурсный класс. Это требует очень большой подготовительной работы. Я была поражена, насколько качественно, вдумчиво проходит процесс подготовки в Челябинске. Очень мало в каких регионах так последовательно и продуманно специалисты подходят к этому вопросу. Здесь я увидела невероятную включенность учителей и коллектива школы. Это то, что отличает этот регион от других, где мы бывали. То есть организация, которая реализует проект, посвятила очень много времени погружению обычных учителей, директора в тему инклюзивного образования. Это на 100% отличается от того, с чего когда-то начинали мы.

Челябинск стал первым городом, куда мы приехали по программе «Инклюзивный наблюдатель». До этого смотрели, как работают уже существующие ресурсные классы в других регионах, - Красноярске, Набережных Челнах и т.д. Это говорит о том, что инклюзия шагает по стране и регионы пытаются включиться в эту среду.

Заказать обратный звонок Оставьте ваши конакты, и наш менеджер свяжется в Вами в ближайшее время